План Ядлина и юдофрения. Израиль в фокусе

Портал mignews.com опубликовал аналитическую статью публициста Ирины Петровой под заголовком «Есть ли у нас план? «

В ожидании плана урегулирования «имени Трампа» Тель-авивский Институт исследования проблем национальной безопасности (INSS) под руководством бывшего начальника военной разведки Амоса Ядлина решил не оставаться в стороне и подготовил свой план, он же «новый концептуальный путь к безопасному будущему для Израиля».

В нем перечислены меры, на которые может пойти Израиль в одностороннем порядке, если у него не будет партнера по диалогу.

Снова одностороннее отделение? При этих словах сразу вспоминается 2005 год, план Ариэля Шарона, размежевание с Газой — и тысячи ракет, упавших на Израиль в последующие годы. На это раз речь идет об Иудее и Самарии. Может быть, теперь ошибки прошлого учтены?

Согласно плану INSS, Израиль должен объявить о верности принципу «двух государств для двух народов» и готовности вести прямые переговоры. Одновременно будет строиться «забор безопасности», который в будущем станет границей. Около 8−10% нынешней территории автономии, где проживают 86% евреев Иудеи и Самарии, отойдут еврейскому государству. С этой целью мы попросим Белый дом официально признать письмо Джорджа Буша Ариэлю Шарону от 2004 года о том, что США считают эти районы частью Израиля.

Еще 20% территории Западного берега (в первую очередь, Иорданская долина) останутся под контролем Израиля, пока палестинская сторона не сможет дать убедительные гарантии безопасности еврейского государства.

Палестинская администрация со временем получит полную ответственность за зону В, где сфера безопасности пока контролируется Израилем, и 25% зоны С — для создания инфраструктуры. Зоны, А и В, на которых проживают 98% палестинцев, станут основой для создания палестинской государственности. С международной помощью будет разработана концепция экономического развития Палестины, выстроено шоссе, связывающее всю территорию автономии с севера на юг, минуя еврейские поселения. Что касается оставшихся изолированных поселений, то строительство в них будет прекращено.

«Новый концептуальный путь» не включает в себя решения судьбы Газы и вопросов об Иерусалиме и беженцах, традиционно оставляя самые трудные проблемы «на потом». Но его порочность даже не в этом, а в том, что план INSS исходит из доброй воли палестинского руководства и его желания построить независимое и мирное государство рядом с государством Израиль. Между тем, даже детям давно понятно, что Аббас и его приближенные ни мира, ни государства не хотят.

Исторически такая возможность предоставлялась палестинцам не раз. В 2000 году Эхуд Барак на посту премьер-министра даже предлагал Арафату разделить Иерусалим, и это кончилось не мирным договором, а очередной интифадой.

Но может быть, в новой ситуации и под давлением обстоятельств лидеры ПА изменят свою позицию?

Символично, что очередной односторонний план появился через 25 лет после подписания первого соглашения между Израилем и ООН (5 сентября 1993 года). Тогда тоже было много белых пятен — и надежда, что со временем, выдержав достойную паузу, Арафат «созреет» и признает еврейское государство. Как известно, этого не произошло ни в том, ни в нынешнем поколении палестинского руководства, хотя Израиль в одностороннем порядке признал права палестинского народа.

Также характерно, что ХАМАС, управляющий оставленной в результате одностороннего размежевания Газой, именно сейчас снова заявил о намерении возобновить обстрелы израильской территории. После плана Шарона прошло 13 лет, но никаких признаков «доброй воли» власти Газы не проявляют, и было бы наивно ожидать этого от властей Западного берега.

Сторонники идеи отделения говорят, что де-факто два государства уже существуют, и нужно просто придать этой реальности законодательный характер. Но здесь нужно понимать, что нежелание палестинцев признавать еврейское государство — не каприз и не попытка выторговать более выгодные условия. Оно зиждется на глобальном отрицании существования еврейского народа и его исторического права на Эрец Исраэль. Эту позицию разделяет не только палестинская улица, но и практически весь арабский мир. Для арабов единственная понятная причина создания государства Израиль — искупление грехов Европы за Холокост, причем за их, арабский счет. Именно поэтому не стоит слишком надеяться на решение палестинского вопроса с помощью арабских стран, несмотря на их нынешнюю заинтересованность в экономическом и стратегическом сотрудничестве.

Палестинских руководителей невозможно убедить в необходимости уступок и отказа от террора. Их можно только поставить в жесткие условия, когда иного выхода не будет. Именно это делает президент Трамп, вероятно, в качестве «артподготовки» к своему мирному плану. Он отказывается финансировать Палестинскую автономию, пока она саботирует мирный процесс и тратит деньги американских налогоплательщиков не на развитие экономики и борьбу с террором, а на помощь семьям шахидов и пропаганду ненависти. По этой же причине прекращено содержание липовых миротворческих организаций. Перекрывание денежных потоков — пожалуй, единственный «концептуальный» путь, который может сделать палестинское руководство сговорчивее. И поскольку пока Трамп действовал и действует в наших интересах — и в интересах здравого смысла, — нет оснований сомневаться в разумности его плана урегулирования.

Означает ли это, что Израилю не нужно иметь своего плана? Вовсе нет. Президент США — прежде всего бизнесмен, и он согласится на другой вариант, если сочтет его более рациональным и выгодным. Более того — он с удовольствием передаст дело в руки Израиля, если увидит, что наше правительство хочет и способно этим заниматься. При нынешней дружественной администрации Белого дома у нас даже есть возможность компенсировать ущерб, нанесенный соглашениями Осло, отменив часть их положений. Что касается одностороннего отделения — это самый неудачный план, какой может быть, и он не выгоден никому. (mignews.com)

Газета «Еврейский Мир» опубликовала аналитическую статью писателя, публициста Бориса Гулько, США, под заголовком «Юдофрения. К 25-летию подписания договора с Арафатом»

Полвека назад я узнал из лекции на факультете психологии МГУ, где учился, что при первых описаниях шизофрении немецкие исследователи называли эту болезнь из-за её распространённости среди евреев, юдофренией (Jude по-немецки — еврей). Лектором, кажется, была Блюма Вульфовна Зейгарник — одна из учениц великого Курта Левина. В психологии имя Блюмы осталось из-за описанного ею «эффекта Зейгарник».

Думаю, что юдофрения — это отдельное состояние, местами пересекающееся с разными душевными недугами. Одно из свойств юдофрении — она нередко соседствует с гениальностью. Интеллект, достигнув высочайшей точки в приближении к истине, порой не удерживается на ней, переваливает через вершину и оказывается по ту сторону ума — в области безумия. Приближаясь к истине, человек неизбежно приближается к безумию. Один из творцов копенгагенской интерпретации квантовой механики Нильс Бор заметил физику Паули: «Ваша теория безумна, но недостаточно безумна, чтобы быть истинной». Теория самого Бора была достаточно безумной — её не понимал даже Эйнштейн. Выдающийся современный мыслитель Джеральд Шрёдер утверждал, что человеческий ум в принципе не может понять квантовую механику. Её можно только изложить формулами. На этих формулах основаны самые изощрённые современные технологии.

Первый чемпион мира по шахматам Вильгельм Стейниц (в годы его пражского детства — Вульф Щайниц), в течение 27 лет сильнейший в мире, был наиболее глубоким умом нашей игры. Он создал теорию, поднявшую шахматы из азартной игры для кофеен в высокое интеллектуальное занятие с элементами науки и искусства. Однако, если одни элементы теории Стейница выдержали испытание временем до наступления компьютерной эры, отменившей все правила, то другие были столь «своеобразны», что их мог использовать только сам их автор. И то с переменным успехом.

В конце 1896 года в Москве, после неудачного для него матч-реванша на первенство мира со следующим гением шахмат Эмануэлем Ласкером, Стейниц попал в психбольницу «Белые столбы». Он утверждал, что исходивший от него электрический ток сам по себе, без его, Стейница, участия, передвигает фигуры. В доказательство Стейниц приводил комбинацию из своей партии с Барделебиным, вероятно, самую удивительную в истории шахмат. Когда вы видите, как незащищённая ладья Стейница преследует короля Барделебена, кажется, что её поддерживает невидимая сила, может — электрический ток…

Вскоре Стейниц выяснил, покинуть российскую психбольницу непросто, особенно, если в истории болезни записано, как у него: «Больной, выдающий себя за чемпиона мира по шахматам». Стейниц взывал: «Здесь у вас черта оседлости. Я — еврей. Гоните меня отсюда». Освободиться ему удалось, только выиграв партию у студента, игравшего в шахматы, дав тому громадную фору. «Никогда так не старался» — вспоминал позже великий шахматист

Теория Стейница сочетала элементы гениальности и безумия. Преобразовал её в рациональную систему последователь Стейница, выдающийся немецкий гроссмейстер Зигберт Тарраш. По его книге учились мастерству поколения шахматистов включая Михаила Ботвинника. Когда-то, создавая своё представление о еврейском типе мышления, я воображал себе, что мятежный, полный поисков, как у Стейница — это еврейский, а методичный и рациональный, как у Тарраша — немецкий. Потом, правда, узнал от того же Ботвинника, что Тарраш также был евреем.

Одно из самых странных правил Стейница гласит, что шахматный король — сильная фигура, и в бою должен сам себя защищать. В какой это армии король, жизнь которого по военным меркам бесценна, по своей воле ввязывается в рукопашную?

Такие короли, однако, случались. Александр Македонский, по словам греческого историка, перед решающей битвой с персами при Гавгамелах заявил своим воинам, что «не требует, чтобы они храбро бросились в бой, если сам не будет подавать другим пример мужества. Он будет сражаться впереди всех знамён». И действительно — в битве кольчуга и шлем Александра были пробиты во многих местах. Столь же бесстрашным воином был Юлий Цезарь.

Это не смелость шахматиста. В реальной жизни полки для новой партии не расставишь. Здесь мы возвращаемся к тому, с чего начали — к психопатологии. Не ведают страха психопаты. Из них получаются выдающиеся воины. Другое проявление психопатии — безжалостность. Недавние примеры тяжёлых психопатов: Гитлер и Сталин. Таким ничего не стоит послать на смерть миллионы.

Обратное психопатии явление — невротизм. Невротик опасается причинить неудобства другим. Он постоянно испытывает чувство вины. Это душевное свойство, полагаю — характерно для юдофрении. Так премьер-министр Израиля Менахем Бегин призывал солдат «стрелять и плакать» (по погибшему врагу), то есть культивировать в себе невротизм. Элементы невротизма в установках израильской армии обсуждал в своём недавнем эссе «Разговор двух полковников…» израильский военный обозреватель Владимир Янкелевич (В.Я.)

Он прослужил в военном флоте СССР — сначала в подводном, затем в надводном — 27 лет. Звание — капитан 1 ранга. За несколько инженерных работ В.Я. получил три медали ВДНХ. В общем — военный специалист. Анализ его в этом эссе, хоть и сдобрен ассоциациями из стихов, рационален. В центре анализа — нынешняя неискренняя война ЦАХАЛа с ХАМАСом.

В.Я. обсуждает авианалеты израильских самолётов на террористические объекты в южной части Газы, которые называет «ударами по пустырям». Когда пресс-служба ЦАХАЛа сообщает: «ВВС ЦАХАЛа нанесли удар по тому или иному объекту, человеческих жертв нет», то перестаешь понимать, кто (это) говорит" — иронизирует В.Я., «это речь, к примеру, руководителя «Общества спасения на водах».

В.Я. рассуждает: «Сегодня, когда основной вид войн — война армий против… негосударственных воинских формирований, психология этих моджахедов отодвигает на второй план применение оружия армией. Именно психология является главной целью и становится решающим фактором победы или поражения». В.Я. приводит мнение французского теоретика войн Гастона Бутуля: «…не об уничтожении живой силы надо думать, а о сокрушении психической силы», а также Клаузевица: «Главным объектом войны является сознание противника». Невротические «удары по пустырям» такой задачи не выполняют. В.Я. ставит диагноз: «Есть нечто истерическое в постоянном желании доказать, будто ЦАХАЛ — самая высокоморальная армия мира. Таких армий у других стран нет просто потому, что это никому не приходит в голову. Мораль в том, что нельзя убивать невиновных, но любой перегиб убивает смысл действий». Трагична картина невротичной борьбы евреев периода «второй интифады», бушевавшей с 27 сентября 2000 года. Теракты происходили тогда почти ежедневно. Лишь после подрыва смертника в пасхальный вечер 27 марта 2002 года в гостинице «Парк» в Нетании, результатом которого стала смерть 30 человек, 140 раненых, руководство Израиля решилось на операцию «Защитная стена». Она «за месяц поставила финальную точку в этом безобразии» — рассказывает В.Я., но недоумевает: «Непонятно, для чего нужно было полтора года умываться кровью, чтобы потом за месяц решить проблему».

Вывод В.Я.: «Мы часто, слишком часто, любим искаженный образ „стрельбы и плача“ и заняты доказательством того, что ЦАХАЛ является моральной армией в мире… В мире нет армий, пытающихся доказать, что они более моральны. Это глупая „лига“, которую изобрели мы сами, и играем сами с собой». Он находит уместной максиму Симона Визенталя: «Еврей может быть идиотом, но не обязан быть им».

Иллюстрацией к мыслям В.Я. стало происшествие этих дней. 16 сентября, автобус с солдатами ЦАХАЛа по ошибке заехал на территорию лагеря палестинских беженцев Каландия под Иерусалимом. Группа молодых арабов атаковала военнослужащих камнями. Ещё хорошо, что министром обороны является ныне такой решительный политик, как Авигдор Либерман, грозившийся в своё время быстро разобраться с террористами ХАМАСа, правда не разобравшийся. Еврейским солдатам было позволено стрелять в воздух. Только трое из них были ранены камнями, и позже госпитализированы. «Крупные силы израильской армии и пограничной охраны» освободили солдат, попавших в передрягу — сообщила пресса. Кто выиграл психологическую схватку?

Сейчас руководство Израиля избирает нового начальника генштаба ЦАХАЛа. Каролайн Глик в тревожной статье обсуждает личности двоих из четверых кандидатов на пост главного военного страны. Вероятный претендент на этот пост — генерал-майор Яир Голан, занимавший ранее должность заместителя начальника генштаба. Он, выступая в апреле 2016 года, в день памяти жертв Катастрофы перед выжившими в ней, рефлексировал: «Если что-то пугает меня в памяти о Холокосте, то это доказательства присутствия тошнотворных процессов, происходивших в Европе в целом и в Германии, в частности, тогда, 70, 80 и 90 лет назад, здесь, среди нас сегодня».

Недавно Госдепартамент США принял определение антисемитизма на основе формулы, разработанной Международным альянсом Памяти Холокоста (IHRA). В это определение входит «уподобление современной политики Государства Израиль политике нацистской Германии». То есть может произойти невероятное: на территории США главному военному Израиля будет предъявлено уголовное обвинение в антисемитизме.

Глик приводит длинный список претензий к другому претенденту на руководство армией — генералу Ницану Алону, не раз выступавшему против еврейских поселенцев и оправдывавшему арабский террор.

Отличительная особенность мировоззрения современных евреев — в мировой политике священнослужители обычно представляют партию мира, а генералы разжигают войны. У евреев — наоборот. Самые решительные стратеги защиты еврейских интересов — раввины. О необходимости войн для защиты национальных интересов евреев писал рав Кук, отстаивал активное решение наших кардинальных проблем рабби Меир Кахане, а статья Любавичского Ребе периода Первой ливанской войны 1982 года осталась как прекрасный пример военного стратегического мышления. Еврейские же генералы — миротворцы.

Самой яркой манифестацией юдофрении в ментальности современного Израиля, гениальности, перевалившей за свой пик и превратившейся в безумие, стало подписание премьер-министром Израиля генералом Ицхаком Рабиным Ословского договора с создателем современного терроризма Ясером Арафатом и его бандой. 25-летний юбилей этого события прошёл в последние дни в Израиле без всяких фанфар. Идея нанять для охраны покоя евреев банду террористов-юдофобов, завезти тех для этой цели из Туниса, где террористы увядали, забытые миром; снабдить террористов для удобства выполнения благородной миссии защиты евреев деньгами и оружием, выделив им часть территории в Земле Израиля, далека за гранью вменяемости.

Заключивший с Арафатом этот удивительный договор Рабин предложил формулу: «Договоры заключают с врагами». Так ли это? Договоры с врагами заключают, когда хотят, как Сталин с Гитлером в августе 1939 года, вместе пограбить, а потом предать союзника и напасть на него, или, как Чемберлен и Даладье в Мюнхене в сентябре 1938, когда ценой предательства союзника решают избежать необходимости принятия решения, требующего мудрости и решимости, которых нет. Или, в случае Рабина, под влиянием тяжёлого приступа юдофрении. Проспекты и площади Рабина во многих городах Израиля напоминают нам о национальной болезни евреев, часто не удерживающихся на подъёме к гениальности и переваливающих за её вершину. Всё-таки Ословский договор — уникальный в истории мировой политики и дипломатии. Уникальный в своём безумии. (Автор: Борис Гулько)

 

Источник ➝